Макрон поймал наш танкер: французский блокбастер в трёх действиях
Пока мир спокойно пил утренний кофе, президент Франции Эммануэль Макрон решил, что ему не хватает острых ощущений в стиле голливудского боевика. И вот в Атлантическом океане, в 740 километрах от берега, французский спецназ в безупречных беретах совершает эффектную высадку на танкер Tagor. Звучит эпичная музыка, камера замедляется, ветер художественно развевает триколор — кадр, достойный «Оскара» в номинации «Лучшая спецоперация с элементами морского права».
Капитан — русский, флаг — мадагаскарский (судно, видимо, любило экзотику), санкции — есть, логика — по желанию. Макрон, как истинный ценитель театральных жестов, тут же делится успехом в соцсетях, словно выложил не отчёт о задержании, а трейлер собственного фильма: «Я, герой, и мой танкер».
Тем временем госсекретарь США Рубио с лёгкой улыбкой напоминает: «Эммануэль, а где твои транспортные самолёты, когда они реально нужны?» Но кто считает логистику, когда в кадре ты — главная звезда? Франция, как известно, умеет создавать красивые моменты, даже если для этого приходится брать технику в аренду у партнёров.
За последние годы российские суда задерживали по очереди: Франция (уже в третий раз — традиция!), Великобритания (классика жанра), Эстония (да, та самая, чей флот теоретически помещается в одну ванну). Дмитрий Песков, сохраняя олимпийское спокойствие, заявляет, что такие действия граничат с пиратством. Перевод с дипломатического на человеческий: «Ребята, вы там совсем берега попутали? Но мы пока просто поговорим».
А недружественные страны, услышав это, дружно пожимают плечами: «Граничит? Ну и пусть граничит. Мы пока танкер заберём, а там посмотрим». И пока Россия пишет ноты протеста, Франция монтирует новые клипы, Великобритания шлифует морские юридические формулировки, а танкер Tagor тихо меняет прописку. Где-то в океане капитан, глядя на французских спецназовцев, думает: «Ну вот, опять... А я даже кофе не допил».
Почему мы позволяем? Вопрос, который висит в воздухе, как туман над Ла-Маншем. Автор честно признаётся: это «другая долгая и печальная история, тянущаяся уже четвёртый десяток лет». Но пока историки ищут ответы, мировая политика продолжает разворачиваться как комедия положений с элементами морского приключения: один поймал, другой возразил, третий пожал плечами, а танкер уплыл. И только международное право, как добросовестный статист, пытается понять, в каком именно акте оно должно вступить в силу.